Выручка европейских компаний в России в 2025 году оказалась самой высокой среди иностранных компаний

Новость о лидерстве европейских компаний по выручке в России появляется на фоне разнонаправленных сигналов последних недель. По данным «Коммерсанта», товарооборот между Россией и Евросоюзом в первом полугодии 2026 года сократился до €26,9 млрд — торговые связи на межстрановом уровне продолжают сжиматься.

При этом ограничения точечно ужесточаются: 1 сентября в Латвии вступил в силу запрет на ввоз книг, игрушек, одежды и обуви из России и Белоруссии. Параллельно меняется и структура расчётов: доля рублёвых поступлений от иностранных контрагентов микро- и малому бизнесу снизилась до 76,8% в первом полугодии.

Высокая выручка европейских компаний внутри России контрастирует с динамикой внешней торговли. Товарооборот России и Китая за январь—июль 2026 года достиг почти $160 млрд, тогда как оборот с Евросоюзом за первое полугодие составил €26,9 млрд. Разрыв показывает: внешняя торговля переориентировалась на Азию, но присутствие европейского бизнеса на внутреннем российском рынке остаётся заметным.

Дополнительный штрих — экспортная статистика: несырьевой неэнергетический экспорт России вырос на 6,7% в первом полугодии 2026 года, по данным Минпромторга. То есть сжатие торговли с ЕС не означает общего сокращения внешнеэкономической активности.

Лидерство европейских компаний по выручке среди иностранных игроков объясняется прежде всего эффектом накопленной базы. Европейский бизнес десятилетиями строил в России производства, дистрибуцию и сервисные сети, и те компании, которые не ушли с рынка, продолжают монетизировать эту инфраструктуру. Санкционные режимы, как правило, ограничивают конкретные категории товаров, технологий и финансовых операций, а не запрещают всю коммерческую деятельность целиком — поэтому часть бизнеса формально остаётся в правовом поле.

Одновременно такая статистика отражает и инерцию: смена собственника, локализация или сворачивание бизнеса — процессы длительные, и выручка юридических лиц с европейскими корнями может сохраняться высокой даже при политическом курсе на сокращение присутствия. Важно различать выручку внутри России и трансграничную торговлю: первая может расти или держаться на месте, пока вторая сжимается.

Ключевые развилки — дальнейшие решения о выходе или сохранении присутствия крупных европейских компаний, а также возможное расширение санкционных ограничений, подобных латвийскому запрету на отдельные категории товаров. Отдельно стоит смотреть на полугодовую и годовую статистику товарооборота Россия—ЕС: продолжится ли сжатие и как оно соотносится с выручкой европейских «дочек» внутри страны.

Полезны и косвенные индикаторы: структура валютных расчётов с иностранными контрагентами и динамика несырьевого экспорта. Они покажут, насколько устойчива экономическая связка с европейским бизнесом и меняется ли она в пользу других направлений.