Опыт больше не главное: за счет чего молодым специалистам конкурировать в эпоху ИИ
Простые задачи, на которых выпускники раньше набирались опыта, все чаще берет на себя искусственный интеллект. Но он же сильнее всего повышает производительность именно новичков. Выиграет ли от этого молодой специалист, зависит уже не от диплома и стажа, а от трех групп дополнительных компетенций.

Молодой специалист почти всегда выходил на рынок труда без опыта, но рассчитывает возместить его свежими знаниями, обучаемостью и готовностью много работать. Генеративный искусственный интеллект (ИИ) — системы, которые по запросу пишут тексты, обрабатывают данные и готовят код, — ломает эту схему. Подготовка справок, первичный анализ данных, ответы на типовые вопросы клиентов — все, с чего начиналась карьера юриста, аналитика или экономиста, — все чаще выполняет алгоритм. Не случайно среди наиболее уязвимых российских профессий называют юристов-консультантов и аналитиков начального уровня.
Я давно изучаю конкурентоспособность молодых специалистов и считаю, что для них ИИ — одновременно угроза и шанс. Что перевесит, зависит от того, какими компетенциями располагает выпускник. Чтобы в этом разобраться, полезно сопоставить российские данные с мировыми.
Низкая безработица — не для всех
Формально поводов для тревоги нет. Безработица в России держится у исторического минимума: по данным Росстата, летом 2026 года она составляла 2,2–2,3% (по методологии Международной организации труда, МОТ). По данным мониторинга трудоустройства выпускников, на которые опираются А. С. Шуткин и соавторы, работу находят 83,3% выпускников вузов и 81,7% выпускников колледжей, причем около трех четвертей трудоустроенных выпускников вузов работают по специальности.
Но за средними цифрами скрываются заметные различия. В медицине работа почти всегда соответствует полученной специальности, в ИТ — примерно в 60% случаев, а в юриспруденции — менее чем в половине. Показательно, что именно в этих направлениях влияние генеративного ИИ ощущается сегодня особенно остро.
Не в пользу молодых и структура безработицы. По данным Росстата за август 2026 года, люди моложе 25 лет составляли 29,2% всех безработных, а 40,9% безработных вообще не имели опыта работы. На мой взгляд, это сигнал: когда рынок труда остывает, работодатели первым делом перестают нанимать «на вырост», и сильнее всего это бьет по тем, кто только начинает карьеру.
Российские исследования показывают и другое — расхождение оценок. В опросе молодежи и работодателей Челябинска, который провели Е. В. Масленникова и соавторы, работодатели оценили конкурентоспособность молодых людей ниже, чем сами молодые люди. Наибольший разрыв обнаружился в личных качествах — ответственности, дисциплине, мотивации. Близкую картину рисует М. Б. Богус: работодатели упрекают молодых специалистов в недисциплинированности, завышенных амбициях, неумении справляться со стрессом и критикой, а отсутствие опыта стоит в списке претензий лишь на четвертом месте.
Иначе говоря, работодателю недостает не столько знаний выпускника, сколько его способности самостоятельно и ответственно работать в условиях неопределенности. С приходом ИИ этот дефицит становится острее: знания алгоритм подскажет, а ответственность за результат на себя не возьмет.
Тем временем спрос на умение работать с ИИ быстро растет. По данным hh.ru, которые я приводила ранее, за 2021–2024 года число вакансий с такими требованиями выросло примерно в 7 раз. В 1 квартале 2026 года, по данным hh.ru и агентства PR DEV, таких вакансий было более 16,5 тыс. — в 2,7 раза больше, чем годом ранее. Пока это лишь около 2% всех вакансий, но направление движения очевидно.
Мир: под ударом — стартовые позиции
На мировом рынке труда положение молодежи ухудшается. По оценке МОТ, опубликованной в августе 2026 года, безработица среди молодежи 15–24 лет в 2025 году выросла до 12,4%, или 67 млн человек. Рост отмечен в восьми из 11 субрегионов мира, в том числе в богатых странах: в Северной Америке — с 8,3% в 2023 году до 9,8% в 2025 году. Каждый 5 молодой человек (20%, более 257 млн) не учится и не работает.
МОТ обращает внимание и на то, какие рабочие места исчезают. С 2023 года для молодежи сокращается число офисных, административных, торговых и части технических позиций средней квалификации — тех, что традиционно служили входом в профессию. Уже сейчас 6,1% рабочих мест, которые занимают люди 15–29 лет, приходятся на профессии с высокой подверженностью ИИ.
Потенциальный масштаб изменений гораздо больше. По оценкам Международного валютного фонда (МВФ), почти 40% мировой занятости приходится на профессии, подверженные влиянию ИИ, а в развитых странах — около 60%. В отличие от прежних волн автоматизации, под удар попадают высококвалифицированные когнитивные профессии — именно те, к которым стремится выпускник вуза.
ИИ помогает новичкам — но не всем
Вместе с тем есть данные, что ИИ может работать на молодых. Экономисты Э. Бриньолфссон, Д. Ли и Л. Рэймонд изучили, как ассистент на основе генеративного ИИ повлиял на работу 5 172 операторов службы поддержки. Производительность, измеренная числом решенных обращений в час, выросла в среднем на 15%. Сильнее всего выиграли менее опытные и менее квалифицированные сотрудники: они стали работать и быстрее, и качественнее. По интерпретации авторов, модель распространяла среди новичков приемы, выработанные более опытными коллегами.
Отсюда неожиданный вывод. Разрыв в опыте, который всегда считался главной слабостью молодого специалиста, технология частично сокращает. Но только для того, кто умеет ею пользоваться и способен увидеть, где система ошибается.
Похожие ожидания и у работодателей. По данным опроса Всемирного экономического форума (ВЭФ), проведенного в конце 2024 года среди более чем 1 000 работодателей из 55 экономик, к 2030 году изменится 39% ключевых навыков работников. Быстрее всего будет расти значение навыков в области ИИ и больших данных, сетей и кибербезопасности, технологической грамотности, а вслед за ними — творческого мышления, устойчивости и гибкости, любознательности и готовности учиться всю жизнь (см. рисунок).

Примечательно само сочетание: технологические навыки соседствуют в этом перечне с сугубо человеческими качествами, и одно без другого, по-видимому, не работает. А чтение, письмо, математика и внимание к деталям почти не прибавляют в значимости. Они по-прежнему обязательны, но преимущества больше не дают.
Три группы компетенций, которые дают преимущество
Сопоставление российских и мировых данных подводит меня к главному выводу. Традиционные составляющие конкурентоспособности — профессиональные знания, образование, мобильность — никуда не исчезают, но превращаются в базовый минимум. Преимущество получает тот, у кого есть дополнительные профессиональные компетенции. Я объединяю их в 3 группы: креативные, критические и компетенции управления ИИ (см. таблицу). Это развитие модели конкурентоспособности рабочей силы, которую я предложила для эпохи генеративного ИИ.
Подчеркну: речь именно о профессиональных компетенциях. Они проявляются не «вообще», а в конкретной задаче юриста, аналитика, экономиста, инженера.
Группы связаны между собой. Умение ставить задачи алгоритму без критичности мышления оборачивается уверенным тиражированием ошибок, а критичность без креативности сводится к простому отрицанию.
Есть и еще одно новое обстоятельство. Резюме все чаще сначала «читает» алгоритм и только потом рекрутер, поэтому молодому специалисту нужно уметь представить свои компетенции так, чтобы их поняли оба.
Кто должен этому учить
Формировать дополнительные компетенции, на мой взгляд, должны вместе вуз и работодатель. Зарубежная практика содействия занятости молодежи — стажировки, практико-ориентированное обучение, партнерство вузов с компаниями, поддержка молодежного предпринимательства — хорошо изучена. Но эти инструменты создавались для мира, где опыт можно было получить, выполняя простые задачи. Когда простые задачи берет на себя ИИ, стажировка должна учить другому: ставить задачу алгоритму, проверять его результат и отвечать за итог.
Хорошей основой может стать двухуровневая система, которую предлагает М. Б. Богус: спецкурс по развитию конкурентоспособности в вузе и программы адаптации с наставничеством на рабочем месте. Ее стоит наполнить новым содержанием — задачами, в которых студент или стажер работает вместе с ИИ и сам отвечает за результат.
Работодателям и службам управления персоналом стоит проверять при отборе не только знания кандидата, но и то, как он работает с ИИ: умеет ли поставить задачу, заметить ошибку и обосновать свое решение. А молодым людям не нужно ждать, пока такие компетенции появятся в учебных планах, — развивать их можно уже сейчас.
ИИ не обесценивает молодых специалистов. Он меняет то, за что им платят: не за выполнение простых операций, а за умение придумать решение, проверить его и ответить за результат.
Другие мнения
Мнение80% дошкольников пользуются гаджетами: как «цифровая пустышка» и ИИ могут изменить рынок труда
Разбираемся, как использование гаджетов влияет на развитие детей, почему цифровые навыки могут терять ценность в эпоху ИИ и с какими вызовами рынок труда столкнется через 20 лет.
МнениеНовые формы занятости в России: вызовы институциональной среды
Как цифровизация меняет рынок труда в России: рост дистанционной занятости, фриланса и платформенной работы. Статистика, тренды и вызовы институциональной среды для новых форм занятости.
