ИИ-конспект
Баланс сил
Объем российского фармрынка в 2024 году составил более 2,8 трлн рублей, показав прирост на 10,5% год к году. При этом на первый взгляд структура продаж отражает дисбаланс не в пользу отечественной фармы: около 55% рынка в стоимостном выражении приходится на импортные препараты. В то же время, если оценивать рынок не по рублям, а по количеству упаковок, картина меняется принципиально. Как отметил генеральный директор Ассоциации Российских фармацевтических производителей (АРФП) и председатель общественного совета при Росздравнадзоре Виктор Дмитриев в разговоре с «Аргумент Медиа», в натуральном выражении порядка 75-80% лекарств России выпускаются на территории страны или государств ЕАЭС. Такая разница между стоимостными и количественными показателями объясняется значительно более низкой ценой отечественных препаратов по сравнению с зарубежными аналогами.
Устойчивость развития локального производства подтверждает и динамика последних лет. В 2019 году доля российских препаратов в натуральном выражении составляла 61,3%, тогда как в денежном — около 31%. За шесть лет рынок продемонстрировал не только количественный рост локального производства, но и пропорциональное усиление в стоимостном сегменте. Это свидетельствует о равномерном укреплении позиций отечественных производителей.
При этом локализацию некорректно рассматривать как однородное явление: в фармацевтике она имеет несколько уровней, каждый из которых требует отдельного анализа.
Дженерики — локомотив фармрынка
Возникшие после 2022 года логистические трудности во многом стали драйвером роста рынка дженериков. При этом увеличились не только объемы продаж российских аналогов, но и доля исследований на биоэквивалентность, которые необходимы для подтверждения их терапевтической эквивалентности оригинальным препаратам. К 2024 году эта доля достигла 71%, тогда как ещё в 2021 году показатель находился на уровне 41%.
Несмотря на то, что санкций, напрямую запрещающих поставки лекарств в Россию, западными странами не вводилось, отдельные компании добровольно прекратили экспорт. Это привело к временному дефициту ряда препаратов. Виктор Дмитриев напомнил, что одним из таких производителей стала финская компания Orion Pharma, выпускавшая «Метипред», входящий в перечень жизненно важных препаратов. Со временем российские фармкомпании нарастили выпуск аналога, а врачи подобрали адекватную для достижения нужного терапевтического эффекта дозировку. При этом завод Orion, который располагался под Хельсинки и работал в основном на рынок России и других стран СНГ, был закрыт из-за потери рынков сбыта.
Сейчас ситуация существенно изменилась: помимо решения логистических проблем, актуальных преимущественно для 2022 года, отечественные компании сумели закрыть потребности в ряде ключевых препаратов, наладив производство дженериков и других аналогов ушедших брендов. Директор по связям с инвесторами Группы «Озон Фармацевтика» (одного из лидеров на российском фармрынке и крупнейшего производителя дженериков) Дмитрий Коваленко подчеркнул, что в развитых странах доля дженериков и биосимиляров в натуральном выражении достигает 90%, а насыщение фармрынка воспроизведенными препаратами — это фактор его зрелости. При этом Россия «уверенно движется в том же направлении»: по итогам 2025 года доля отечественных препаратов в сегменте локализованных дженериков может превысить 60%.
Слабые места
Однако в наукоемких сегментах доля импорта до сих пор остается значительной. Дмитрий Коваленко («Озон Фармацевтика») в беседе с «Аргумент Медиа» отметил, что высокотоксичные препараты для лечения онкологических заболеваний и биотехнологические лекарства в основном продолжают завозиться из-за рубежа. Особенно велика доля иностранных препаратов в сегменте госзакупок.
Помимо сокращения зависимости от импорта готовых препаратов перед российской фарминдустрией остается вызовом зависимость от поставок активных фармацевтических субстанций (АФС). Более 75% субстанций для производства лекарств Россия импортирует, преимущественно из Китая и Индии. Такая ситуация делает страну уязвимой не только к санкционному давлению, но и к любым сбоям в международной логистике. Даже крупнейшие игроки рынка — «Р-Фарм», «Фармстандарт», «Биокад» — пока покрывают лишь часть потребностей. В результате лекарства часто остаются «отечественными» лишь формально: производство финальной формы локализовано в России, но субстанция закупается за рубежом.
Тем не менее, по мнению главы АРФП Виктора Дмитриева, это не является критической проблемой: аналогичная ситуация с субстанциями (АФС) характерна и для других стран с крупной экономикой. Среди ключевых факторов здесь: дешевая рабочая сила в Индии и Китае, определяющая низкую себестоимость продукции, а также экологически «грязный» процесс производства субстанций. Так что при текущей емкости российского рынка запуск массового производства АФС внутри страны экономически нецелесообразен.
Светлое будущее
Председатель Комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Леонов, отвечая на вопросы «Аргумент Медиа», напомнил, что в рамках стратегии «Фарма 2030», к 2030 году доля российских препаратов полного цикла на рынке должна вырасти почти до 70%. Особый акцент в программе сделан на стратегически значимых лекарственных средствах: с 1 сентября вступает в силу закон, закрепляющий это понятие и предусматривающий обеспечение нашей страны теми препаратами, которые более всего востребованы для лечения тех или иных заболеваний, гарантируя тем самым их наличие даже в условиях экономических кризисов или международных санкций.
Гендиректор АРФП Виктор Дмитриев подчеркнул, что производств препаратов из этого перечня уже достаточно для обеспечения базового уровня фармбезопасности страны: перевод всех предприятий на полный цикл экономически нецелесообразен — в том числе из-за ограниченного доступа к зарубежным рынкам и высокой итоговой стоимости такой продукции при отсутствии достаточного спроса.
Одновременно начнёт действовать правило «второй лишний» в госзакупках: иностранные препараты будут исключаться из тендеров, если на рынке есть хотя бы один отечественный аналог. Эта мера направлена на расширение присутствия российских производителей в системе государственных поставок, которая существенно зависит от импорта. На этом фоне «Озон Фармацевтика», один из крупнейших закупщиков фармсубстанций, активно сотрудничает с российскими производителями. Компания развивает два новых производства в Особой экономической зоне «Тольятти»: «Озон Медика» (онкопрепараты) и «Мабскейл» (100% локализованное производство биотехнологических препаратов).
Подводя итоги: фармацевтический рынок России уже сделал значительный шаг к снижению зависимости от импорта, но ключевой вызов остается в сегменте субстанций и наукоемких препаратов. По мере реализации «Фармы 2030» и запуска новых производств можно ожидать, что доля локализованных лекарств будет расти, но полная независимость от внешних поставок в ближайшие годы маловероятна и экономически не обоснована.
