ИИ-конспект
Климат как глобальная угроза для экономики
В последние десятилетия количество природных катастроф стремительно растёт. По оценкам ООН, с учётом косвенных и экосистемных последствий ежегодные убытки от стихийных бедствий уже превышают $2,3 трлн. Рост частоты ураганов, лесных пожаров и наводнений уже оказывает серьезное давление на бюджеты и рынки. Несколько лет назад страховые компании и регуляторы обратили внимание на инструменты, позволяющие перераспределять риски, связанные со стихийными бедствиями, между рынками капитала.
В то же время страховые выплаты покрывают лишь часть расходов: например, в Евросоюзе застраховано лишь около четверти потерь от климатических катастроф, в других, менее развитых странах, этот показатель еще скромнее. Например, в Индии, Вьетнаме, Индонезии и Филиппинах страховое покрытие остается на уровне ниже 1%, в то время как Юго-Восточная Азия особо подвержена стихийным бедствиям – на регион приходится около 40% всех природных катастроф планеты, включая тайфуны, наводнения, землетрясения и цунами.
Масштаб таких расходов сказывается на бюджетах стран и бизнесе: дома и инфраструктуру приходится восстанавливать за счет или страховщиков, или государства. При этом традиционные страховые механизмы в ряде случаев не в состоянии покрывать потери. В итоге инвесторы и правительства последние годы ищут и развивают альтернативные инструменты финансирования, среди них – зеленые облигации для финансирования проектов, смягчающих климатические изменения, и катастрофические облигации для передачи рисков природных бедствий.
Инвестиции против стихии: как работают катастрофические облигации
Катастрофические облигации (CAT-бонды) — это особый вид страхового инструмента, который позволяет переносить риски природных бедствий на инвесторов. Страховая компания выпускает облигацию и предлагает инвестору повышенный доход за принятие на себя риска наступления определенного события — урагана, наводнения, землетрясения и т.д. Если застрахованное событие происходит, вложенные средства переходят к страховщику. Иными словами, инвестор получает более высокую доходность (в июне 2025 года средняя годовая доходность составляла 11,8%, что в два раза выше среднего уровня доходности по корпоративным облигациям США), но рискует полностью потерять капитал в случае катастрофы.
Этот механизм возник после урагана «Эндрю», который в 1992 году нанес Южной Флориде ущерб на $15,5 млрд и привел к банкротству по меньшей мере 16 страховых компаний. С тех пор рынок CAT-бондов стремительно вырос, прежде всего в США. По итогам 2024 года его объем достиг рекордных $17,7 млрд, а к концу лета 2025 года уже было выпущено около $18,4 млрд облигаций. Весной 2025 года на Нью-Йоркской фондовой бирже был запущен первый в мире биржевой фонд, инвестирующий в катастрофические облигации, что дополнительно повысило интерес инвесторов.
Спрос со стороны страховщиков поддерживает инфляция в США и Европе: восстановление разрушенной инфраструктуры и недвижимости становится все дороже. Интерес же инвесторов вызван тем, что катастрофические события (ураганы, землетрясения) слабо коррелируют с волатильными фондовыми рынками, а доходность CAT-бондов выше, чем у большинства других облигаций. Например, доходность высокодоходных корпоративных облигаций США составляет около 6,7%, а у облигаций с рейтингом BBB и выше — примерно 4,5–5%. Дополнительным стимулом для инвесторов стал низкий уровень убытков: даже крупные ураганы 2024 года — «Хелен» и «Милтон» — не привели к значительным выплатам держателям облигаций. Потери могут наступить лишь при действительно разрушительных событиях, аналогичных урагану «Катрина» в 2005 году.
Рынок CAT-бондов постепенно расширяется, в том числе за пределами США. Появились агрегированные выпуски, страхующие сразу несколько типов катастроф (снегопады, наводнения и т.д.), растет география эмитентов: в 2025 году отдельные выпуски покрывали убытки от землетрясений в Индии и наводнений в Великобритании. И тенденция к росту сохранится: по прогнозам Moody’s, к концу 2025 года общий объем эмиссии катастрофических облигаций может превысить $20 млрд. Быстрый рост CAT-бондов уже влияет на рынок перестрахование: часть рисков, которые обычно переходили перестраховщикам, теперь охотно берут на себя инвесторы, уменьшая долю традиционных игроков.
Зеленый долг: как финансировать экологию через облигации
Зеленая облигация — это долговой инструмент, в рамках которого заемщик обязуется использовать привлеченные средства исключительно на экологические проекты. Фактически, это обычная облигация, но с маркировкой экологичности. Такие бумаги обычно финансируют строительство ветро- и солнечных электростанций, модернизацию систем водоотведения и очистки и другие эко-проекты.
Выход зеленых облигаций на рынок начался в 2007 году с первых Climate Awareness Bonds, выпущенных Европейским инвестиционным банком. А уже в 2008 году Всемирный банк эмитировал первые облигации с официальным названием «Green Bonds», закрепив инструмент на международном уровне.
С тех пор спрос на такие инструменты стремительно рос. По данным LSEG, суммарная капитализация рынка зеленых облигаций достигла $2,9 трлн — это почти шестикратный рост с 2018 года, объем эмиссий в 2024 году превысил $570 млрд (+10% к предыдущему году). Традиционные лидеры рынка зеленых бондов – страны Европы и США: так, на ЕС в 2024 году пришлось почти 60% мирового выпуска ($388 млрд), а США заняли первое место среди стран с объемом $85 млрд.
Однако в 2025 году ситуация изменилась: впервые рынок зеленых облигаций Китая обогнал западных конкурентов. В 2025 году на долю КНР приходится более 17% мирового выпуска «зеленых» облигаций, тогда как на Соединенные Штаты – всего 3%. Причины в следующем: Пекин активно поддерживает декарбонизацию экономики, привлекая средства для строительства солнечных, ветровых, гидроэлектростанций и других «зеленых» проектов. В США же политическая неопределенность и скептическое отношение администрации Дональда Трампа к «зеленой» повестке привели к падению спроса на эти бумаги — хотя многие инвесторы по-прежнему финансируют экологические проекты, они стараются избегать официального использования термина «зеленая облигация».
Источник: Financial Times
Главный системный риск зеленых облигаций — отсутствие единой, жесткой терминологии и контроля. Разные стандарты и слабая верификация позволяют некоторым выпускам формально носить «зеленый» ярлык без реального экологического эффекта (greenwashing), поэтому инвесторам требуется тщательная проверка проектов и документов. В итоге рынок все еще мал по сравнению с необходимыми инвестициями в климатические цели: текущие ежегодные выпуски покрывают лишь часть требуемых средств (по оценкам, для решения климатических задач надо около $2 трлн в год).
В итоге, и зеленые, и катастрофические облигации предоставляют новые инструменты финансирования климатических рисков, но их эффективность зависит от проработки стандартов и прозрачности. При отсутствии надлежащей регуляции они рискуют остаться нишевыми инструментами, а основную нагрузку на ликвидацию последствий климатических бедствий продолжит нести бюджет.
Зеленые и катастрофические облигации в России: начало пути
На отечественном рынке устойчивых финансов зеленые облигации появились лишь недавно, и их объемы пока невелики. Так, в 2024 году было выпущено ESG-облигаций всего на 52,8 млрд руб., из них зеленые – всего 2,8 млрд (5,3% новых размещений).
Для сравнения: на пике интереса в 2021 году доля зеленых выпусков превышала 70%. Тогда крупнейшим эмитентом стала Москва: столичное правительство разместило зеленые облигации на 70 млрд руб., из которых 60 млрд руб. направили на строительство и модернизацию метро (в том числе Большой кольцевой линии), а примерно 10 млрд руб. – на закупку 400 электробусов. Дополнительные 51 электробус были приобретены за счет второго выпуска зеленых облигаций, уже в 2023 году. Этот проект показал, что зеленые облигации могут финансировать конкретные инфраструктурные проекты, принося ощутимую пользу городу и вовлекая жителей в инвестирование в развитие собственной городской среды.
Однако последние два года такие ценные бумаги выпускает лишь одна компания – ПАО «ЕвроТранс»: в 2024 году – два выпуска на 2 и 0,8 млрд руб., в первые 9 месяцев 2025 года – на 4 млрд руб. По данным Центробанка, к октябрю 2025 г. в сегменте устойчивого развития выпущено облигаций на общую сумму около 504 млрд руб., из которых зеленых – 267 млрд руб. Это составляет менее 1% всего облигационного российского рынка.
При этом необходимая инфраструктура в России создана: утверждена национальная таксономия «зеленых» и «переходных» проектов, действует система внешней верификации, подтверждающая соответствие выпусков установленным требованиям. Банк России обновил подходы к риск-весам, стимулируя банки кредитовать устойчивые проекты, а Московская биржа запустила сектор устойчивого развития для листинга таких облигаций. В 2025 году правительство также уточнило перечень приоритетных направлений — от возобновляемых источников энергии (ВИЭ) и энергоэффективности до водорода и технологий улавливания углерода — что делает правила отбора проектов более предсказуемыми.
Но частный капитал не спешит идти на этот рынок. Причины – «зеленая» сертификация стоит дорого, такие облигации тяжело реализовать на вторичном рынке, а стабильного спроса со стороны обычных частных инвесторов почти нет — в основном покупают госбанки и связанные с государством институты. По оценке участников рынка, выпуск зеленой облигации обходится эмитенту на 0,20–0,25 процентного пункта дороже обычного долга, тогда как премия со стороны инвесторов почти отсутствует.
Что касается катастрофических облигаций, в России они пока практически не применяются. Хотя ЦБ еще в 2022 году призывал страховщиков развивать подобные инструменты, отрасль по-прежнему опирается на традиционные схемы со страховыми компаниями и на поддержку государства. Примером стала ситуация в ряде российских регионов (Ростовской, Белгородской, Воронежской областях), где режим ЧС был введен для обеспечения страховых выплат аграриям после весенних заморозков. Возникает вопрос, что делать тем хозяйствам, которые окажутся в аналогичном положении, но не смогут добиться введения ЧС — в отсутствие специализированных инструментов риски остаются на плечах бюджета.
Таким образом, можно ожидать дальнейший рост рынка зеленых и катастрофических облигаций в мире. Страховые компании и государства, вероятно, будут все активнее перекладывать климатические риски на рынок капитала, однако CAT-бонды останутся высокорискованными и волатильными, особенно для крупных инвесторов, из-за угрозы «одного крупного шока». Зеленые облигации имеют более стабильные перспективы: спрос на финансирование ВИЭ и энергоэффективности будет расти, но масштабирование зависит от экономической привлекательности проектов, предсказуемой государственной энергетической политики и прозрачных правил для инвесторов. В противном случае «зеленые» выпуски рискуют остаться нишевым инструментом, сильно зависящим от господдержки.
