ИИ-конспект
Последний квартал года всегда говорят про деньги
Европейские страны, США и Россия почти синхронно входят в фазу принятия ключевых решений по бюджету на следующий 2026 год. Всем странам приходится решать, какие расходы сейчас находятся в приоритете, а чем предстоит пожертвовать. А главная задача любого правительства — согласовать бюджет с парламентом.
Ни в одном ведущем государстве мира бюджет никогда не принимался без единой правки, поэтому во многих странах бюджетный цикл стартует в октябре. В федеративных государствах к проекту бюджета всегда поступает большое количество поправок от депутатов и членов верхней палаты парламента. И хотя все правки чаще всего направлены на улучшение жизни, стоит учитывать один ключевой фактор. На все «желания» часто не хватает ресурсов, что является ключевым законом экономики. Поэтому многие начинают искать кредитные средства. Однако госдолг не резиновый, а бюджетный кризис способен парализовать работу не только правительства, но и всего государства в целом.
Как ведущие правительства готовятся к Новому году
По мере приближения января в большинстве стран мира бюджетные баталии выходят на финишную прямую. «Аргумент Медиа» поговорил с профессором, деканом факультета международных экономических отношений Павлом Селезневым о том, как принятие бюджетов происходит в ведущих странах Европы.
Германия, чтобы одновременно профинансировать оборону, инфраструктуру и социальный блок, идет на масштабные заимствования: новый бюджет предусматривает свыше €180 млрд дополнительного долга (максимум после времен коронавируса). Причем госдолг Германии уже составляет 63,5% от ВВП. Павел Селезнев уверен:
«Германия хоть и утвердила бюджет-2026, но сделала это ценой резкого увеличения расходов ВПК, что усиливает долговое давление, из-за которого соцпрограммы поддержки семей и мигрантов получат меньше, чем требовалось».
Наращивание расходов в ФРГ напрямую связано с наращиванием госдолга выше конституционно разрешенных уровней — «долговым тормозом», который долгие годы считался неприкосновенным. Причем, по этому правилу бюджет Германии не может иметь структурный дефицит, превышающий 0,35% ВВП, кроме исключительных обстоятельств, которыми стали ковидные времена. А на 2026 год запланирован дефицит около 3,8% – 4,0% ВВП, что стало следствием исключения «тормоза» из-за «чрезвычайной ситуации» (сочетание энергокризиса, последствий инфляционного шока 2022–2023 годов и роста оборонных расходов после начала СВО).
Во Франции принятие бюджета вовсе проваливается Дефицит в 2024 году составил 5,8% ВВП, а госдолг на первый квартал 2025 года уже превысил 115% ВВП. Прогнозы дефицита на 2026 год с учетом заложенных расходов также остаются высокими — 4,7%, что превышает установленный в ЕС лимит в 3%. Павел Селезнев также говорит и о социальных вопросах, которые волнуют и «левых», и «правых» в парламенте:
«Во Франции из-за раскола парламента соцвыплаты нельзя выплатить в полном объеме, поэтому Нацсобрание почти единогласно отклонило бюджет-2026 после тысяч поправок».
США пережил самый длинный в истории «шатдаун» — остановку федеральных агентств из-за невозможности утвердить пакет бюджетных резолюций. Конгресс уже несколько раз переходил на работу по временным финансированиям, что отражает глубокий раскол между Палатой представителей и Сенатом. Ключевые споры касаются уровня оборонных ассигнований, перераспределения расходов между федеральными и штатными программами, а также попыток «жесткого крыла» республиканцев увязать бюджет с миграционной повесткой. В результате министерства от Минфина до Минобороны вынуждены планировать деятельность в режиме неопределенности, замораживать контракты и откладывать набор сотрудников. Для экономики это означает рост транзакционных издержек, угрозу задержек в выплатах по социальным программам и снижение предсказуемости фискальной политики крупнейшей экономики мира.
Что в России?
На конец третьего квартала 2025 года внешний госдолг России, по расчетам ЦБ, составляет чуть более 14% ВВП, что является не просто безопасным уровнем относительно европейских стран, но и низким относительно общепринятых норм международных финансовых институтов. При этом госдолг также планируется наращивать на безопасном уровне (1,6% ВВП). Этот уровень в разы ниже уровня западных стран (Франция — 4,9%, Германия — 4%). В итоге дефицит российского бюджета составит 3,79 трлн руб. — это разница между планируемыми доходами и расходами, которая позволит выполнить все социальные обязательства. Это подтвердила в беседе с «Аргумент Медиа» и депутат Госдумы, член Комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Екатерина Стенякина:
«При любой внешнеполитической ситуации федеральный бюджет должен быть социально-ориентированным, такую цель ставит перед Госдумой и Правительством президент. Поэтому наша задача — не просто удерживать выплаты на стабильном уровне, индексируя их по прогнозной инфляции, а из года в год повышать их».
Структура расходов 2026 года показывает, что социальная повестка — не просто заявления, а реальный финансовый приоритет. Расходы Социального фонда составят почти 19 трлн руб., что значительно выше текущего уровня (на 10%). Страховые пенсии индексируются на 7,6% — выше прогнозируемой инфляции, которая заложена на уровне 4-5%. Средняя страховая пенсия вырастет до 26,7 тыс. руб. К тому же, по словам Екатерины Стенякиной, также будет повышена выплата инвалидам:
«А страховая пенсия по инвалидности рассчитывается для каждого индивидуально, но всегда включает в себя выплату, размер которой с 2026 года составит 9584 руб».
Еще один важный аспект — семьи с детьми и здравоохранение. «Детский бюджет» на три года превышает 10 трлн руб. Материнский капитал увеличивается до 737 тыс. руб. на первого ребёнка и почти 974 тыс. руб. на второго. Только в 2026 году на эту программу предусмотрено 566 млрд руб.
На нацпроект «Продолжительная и активная жизнь» выделено более 1 трлн руб. на три года. Более 230 млрд руб. — на программу «14 высокозатратных нозологий», охватывающую более 150 тыс. пациентов с редкими заболеваниями ежегодно. По факту социальная часть бюджета стала одной из самых масштабных в числовом выражении за последние годы.
Инфраструктура — залог экономики
Инфраструктурный блок — это «вторая нога» бюджета. Одним из ключевых решений правительства стало сохранение льгот для IT-отрасли. Это связано со значимостью сферы для всей страны в целом и бизнеса в частности. Важность развития отечественного ПО в интервью с «Аргумент Медиа» отметила к.э.н., доцент кафедры современных технологий управления РТУ МИРЭА Анна Яковлева:
«IT в будущем будет активно интегрироваться во все сферы экономики, что особенно важно для технологического суверенитета. Льготы на ПО позволят повысить конкуренцию российских продуктов в сравнении с иностранными, а это важный фактор для бизнеса, который охотнее при двух одинаковых продуктах станет выбирать российское».
Другое стратегическое направление — это развитие дорог. По словам Яковлевой, дорожная инфраструктура обеспечивает не только передвижение простых россиян, но и логистику бизнеса, что позволяет сократить транзакционные издержки. В бюджете на дорожное хозяйство в 2026–2028 годах заложено более 4,7 трлн руб. Основным приоритетом станет завершение нескольких крупных проектов по реконструкции федеральных трасс М-5 «Урал» и М-7 «Волга». Доцент РТУ МИРЭА уверена:
«Это позитивно повлияет как на глобальную федеральную экономику, так и усиливает экономический потенциал регионов, через которые проходят эти трассы».
Без обороны — никуда
Учитывая геополитические реалии и проведение СВО, несмотря на российские попытки достичь мира, расходы на национальную оборону остаются стабильными. В бюджете предусмотрено почти 13 трлн руб. — это на 700 млрд руб. меньше, чем в 2025 году, что связано с уже проведенной модернизацией ОПК страны, а также оптимизацией расходов на отрасль. Однако даже в этой сфере ключевой акцент остается на людях: сотрудниках оборонных предприятий, участниках СВО и их семьях.
Фонд «Защитники Отечества», созданный для поддержки раненых ветеранов, участников СВО и их семей, за три года получит поддержку на сумму более 50,5 млрд руб. в течение трех лет (+7% в рамках поправок). Расширяются программы реабилитации участников СВО: создаются высокотехнологичные центры протезирования и восстановления, развивается медицинская инфраструктура, инфраструктура для военнослужащих. Укрепляется жилищная поддержка военных и работа с НКО, которые помогают семьям. К тому же важная задача, интегрированная в деятельность всех органов власти, — это поддержка семей участников СВО и ветеранов. Как отмечает депутат Госдумы Екатерина Стенякина:
«Когда речь идет о помощи участникам СВО и их близким, мы, в первую очередь, ориентируемся на запросы семей бойцов. Именно они говорят, каких мер не хватает, и депутаты Госдумы, а также президент, Правительство, Совет Федерации выступают с законодательными инициативами. Например, был принят закон о том, что родные бойцов имеют право на 35-дневный отпуск за свой счет на время их реабилитации».
И по словам Стенякиной, кроме прямой поддержки, реализуются не менее актуальные психологические меры адаптации, поскольку именно они позволят реинтегрировать ветеранов в общество и семью. Для этого парламентарии вместе с психологами МГУ создали отдельные проекты. Например, «Жизнь после Победы», направленный на социализацию военнослужащих после демобилизации. Депутат Стенякина отмечает:
«Мы (депутаты) понимаем, когда СВО завершится победой, с фронта вернутся сотни тысяч мужчин. Им нужна будет грамотная помощь в ресоциализации, адаптации к мирной жизни. Летом 2025 года «Единая Россия» вместе с факультетом психологии МГУ запустила школу поддержки «Жизнь после Победы» для жён и матерей участников СВО. Лекции об основах психологической помощи и мерах соцподдержки оказались очень востребованы женским сообществом, в декабре стартует второй поток».
Итог: деньги решают, но не все
Мировой бюджетный сезон-2026 проходит под флагом дефицитов, болезненных налогов и политических расколов. Франция остается без финального бюджета, Германия увеличивает долг, США живут на временном финансировании.
В этой картине российский бюджет выглядит иначе: он сочетает масштабную социальную часть, крупные инфраструктурные вложения, системную поддержку обороны и участников СВО. И при этом сохраняет управляемый дефицит и умеренную налоговую нагрузку. Подписанный бюджет формирует предсказуемую рамку на следующий год и показывает, что ключевые параметры экономической политики остаются стабильными и управляемыми.
Документ прошел через политическое согласование и существенную корректировку под запросы общества. Кроме того, существует значительная часть проектов, решающих экономические задачи, но напрямую не тратящих финансовые ресурсы, что повышает их значимость.
Несмотря на внешние вызовы, бюджет сохранил акцент на поддержке основных сфер и развитии отдельных отраслей, что подтверждается заложенными показателями.
