Центральные банки впервые планируют сократить долю доллара в резервах. Анализ исследования OMFIF: роль золота, перспективы юаня и евро, влияние на мировые рынки и реальные масштабы дедолларизации.
7 мин чтения
Поделиться:
AI-пересказ
Центральные банки впервые задумались о сокращении доли доллара в резервах, отдавая предпочтение золоту на фоне геополитических рисков. Однако полноценной альтернативы американской валюте пока не существует — ни юань, ни евро не могут предложить сопоставимую ликвидность и глубину рынка. Процесс дедолларизации идет постепенно уже более 20 лет и скорее представляет собой диверсификацию рисков, чем смену мирового финансового лидера.
Центральные банки все чаще задумываются о сокращении доли доллара в своих международных резервах. К такому выводу пришли авторы ежегодного исследования Global Public Investor 2025, подготовленного аналитическим центром OMFIF.
В опросе участвовали 90 центральных банков, суверенных и государственных пенсионных фондов, которые управляют активами примерно на $10 трлн. Впервые число тех, кто планирует уменьшить долю доллара в ближайшие десять лет, превысило число тех, кто намерен ее увеличить. При этом 79% участников считают, что мировая валютная система постепенно становится многополярной, а главным активом для пополнения резервов в ближайшие два года называют золото.
Доллар теряет долю, но не лидерство
Пока говорить о том, что доллар теряет статус главной мировой резервной валюты, рано. Его доля в международных резервах постепенно снижается, но происходит это уже давно. По данным Международного валютного фонда, в первом квартале 2025 года на доллар приходилось 57,7% официальных мировых резервов. Для сравнения: в начале 2000-х показатель превышал 70%, то есть процесс идет постепенно уже более 20 лет.
При этом полноценной замены доллару пока не появилось. Ни одна другая валюта не может предложить такой же масштаб и ликвидность финансового рынка. Американские государственные облигации остаются самым крупным и востребованным инструментом для размещения резервов, а сам доллар по-прежнему играет ключевую роль в международной торговле, расчетах и на мировых финансовых рынках.
Как отмечает аналитик и автор Telegram-канала «Собачье сердце» , текущие процессы пока нельзя считать полноценной дедолларизацией.
Золотой запас против долларовой зависимости | Аргумент Медиа
Александр Белов
«Настоящую дедолларизацию можно фиксировать в тот момент, когда центробанки перестают использовать доллар как основную расчетную и резервную валюту в повседневных операциях. Диверсификация резервов обычно ограничивается снижением доли доллара без изменения структуры расчетов и рынков капитала».
По его словам, ключевой рубеж проходит значительно глубже простого перераспределения резервов и определяется тремя основными признаками: появлением многостороннего клиринга, формированием глубоких рынков капитала в альтернативных валютах и снижением роли доллара не только в международных резервах, но и в торговых расчетах. При этом пока эти процессы развиваются лишь в отдельных коридорах, поэтому происходящее следует рассматривать прежде всего как диверсификацию и снижение санкционных рисков.
С похожей оценкой выступает независимый аналитик, автор Telegram-канала «angry bonds»Дмитрий Адамидов. По его словам, происходящее сегодня — лишь первая стадия более длительного процесса.
«Первый этап дедолларизации — это как раз и есть диверсификация резервов и расширение валют, в которых ведутся расчеты. Вторым важным этапом должна стать отвязка от доллара цен на биржевые товары, но это пока не на повестке дня».
Кроме того, американская валюта остается ключевой для мировой финансовой системы. По данным Банка международных расчетов (BIS), доллар участвует почти в 88% всех операций на мировом валютном рынке Forex, что по-прежнему делает его основной валютой международных расчетов и торговли.
Почему ЦБ ищут альтернативы
Сегодня центробанки меняют структуру резервов не столько из-за экономических соображений, сколько из-за политических. После санкций последних лет, например против России, многие страны задумались о том, насколько безопасно хранить значительную часть сбережений в одном активе или одной валюте, в том числе с учетом рисков заморозки международных валютных (долларовых) резервов. Поэтому все больше внимания уделяется диверсификации — распределению резервов между разными валютами и активами.
Как отмечают в OMFIF (независимый аналитический центр), на решения регуляторов все сильнее влияют геополитическая напряженность и неопределенность вокруг внешней политики США. Именно эти факторы заставляют центральные банки пересматривать подходы к управлению резервами.
Главный победитель — золото
Бенефициаром изменения резервной политики центральных банков пока остается золото. По данным OMFIF, оно уже входит в состав резервов 82% регуляторов, а около трети участников опроса планируют увеличить вложения в драгоценный металл в ближайшие один-два года.
Эту тенденцию подтверждают и данные Всемирного совета по золоту. В 2025 году центральные банки приобрели в чистом выражении 863 тонны золота. Хотя это ниже рекордных объемов, превышавших 1 000 тонн в каждом из трех предыдущих лет, показатель почти вдвое выше среднего уровня 2010–2021 годов, который составлял 473 тонны.
Александр Белов считает, что драгоценный металл уже выполняет часть функций резервного актива.
«Золото уже выполняет роль частичной альтернативы долларовым резервам, в первую очередь как защитный актив».
Однако полностью заменить доллар оно пока не способно.
«При этом золото остается неудобным инструментом для повседневных международных расчетов и накопления торговых профицитов из-за отсутствия развитых рынков капитала».
Дмитрий Адамидов оценивает перспективы золота более оптимистично.
«Скорее это будет через 3–4 года, не ранее».
Почему юань и евро пока не могут заменить доллар
В качестве потенциальных альтернатив чаще всего называют евро и китайский юань. Однако обе валюты сталкиваются с фундаментальными ограничениями.
По данным SWIFT, в международных платежах по состоянию на декабрь 2025 года доллар США сохранял доминирование с долей около 50,5%, оставаясь основной расчетной валютой мировой системы. Евро занимал второе место с долей примерно 21,9%, заметно уступая доллару, но стабильно удерживая позицию ключевой альтернативной валюты. Доля китайского юаня оставалась существенно ниже — около 2,7%.
К марту 2026 года структура расчетов изменилась незначительно: доля доллара увеличилась до 51,1%, евро остался в районе 21%, а юань сохранил позиции в пределах нескольких процентов, уступая не только доллару и евро, но и ряду других валют — фунту стерлингов и иене.
По информации OMFIF, практически все участники исследования рассматривают юань как эффективный инструмент диверсификации резервов. Однако одновременно большинство признает существование серьезных структурных ограничений.
По словам Александра Белова, главной проблемой китайской валюты остается отсутствие полной свободы движения капитала.
«Юань сдерживает отсутствие свободной конвертируемости по капитальному счету, что ограничивает возможности инвестирования накопленных профицитов».
По его словам, потенциал евро как альтернативной резервной валюты остается ограниченным из-за отсутствия единой фискальной политики и глубокого интегрированного рынка капитала в еврозоне.
Дмитрий Адамидов придерживается схожей позиции относительно перспектив китайской валюты.
«Юань категорически не готов к резервному статусу. Во-первых, из-за контроля за движением капитала, во-вторых, внутренний долг в юанях к ВВП такой же большой, как и у США в долларах, смысла менять шило на мыло нет».
Что изменится для мировых рынков
Эксперты сходятся во мнении, что снижение доли доллара не приведет к одномоментным потрясениям. Изменения будут происходить постепенно, однако последствия могут проявляться через перераспределение потоков капитала.
По словам Александра Белова, постепенное сокращение спроса на американские государственные облигации способно повысить волатильность долгового рынка США.
«Ослабление спроса на американские государственные облигации со стороны иностранных центробанков способно усилить волатильность на рынке госдолга и создать дополнительное давление на доллар в среднесрочной перспективе».
Он также отмечает, что подобные процессы могут сопровождаться ростом интереса к реальным активам, прежде всего к золоту.
Дмитрий Адамидов, напротив, считает, что ключевым фактором станет не само сокращение долларовых резервов, а возможный финансовый кризис.
«Само по себе снижение доллара в резервах никак не повлияет, повлияет финансовый кризис и развал системы евродоллара, который я ожидаю в ближайшие год или два. Рынки США и ЕС просядут, товарные рынки вырастут (в долларах)».
Дедолларизация может оказаться менее масштабной, чем кажется
Сейчас большинство объективных показателей пока свидетельствуют не о смене мировой валютной системы, а о ее постепенной эволюции. Как подчеркивает Александр Белов, главным индикатором являются не сами резервы, а международные расчеты.
«Наиболее достоверными индикаторами реальных изменений выступают рост доли юаня в торговом финансировании, увеличение объемов расчетов в национальных валютах в ключевых коридорах и устойчивые покупки золота центральными банками».
По его словам, простое сокращение доли доллара в резервах пока не меняет фундаментальную картину мировой финансовой системы.
По мнению Дмитрия Адамидова, рынок, скорее, недооценивает масштаб происходящих изменений, однако их корректная оценка затруднена из-за возросшей непредсказуемости политики США, что делает прогнозирование темпов дедолларизации крайне неопределенным.
Пока мировая финансовая система не получила полноценной альтернативы доллару, речь скорее идет о перераспределении рисков, чем о смене глобального лидера. Центральные банки постепенно расширяют набор резервных инструментов, увеличивают вложения в золото, осторожно наращивают долю юаня, евро и валют небольших развитых экономик. Однако доллар сохраняет ключевые преимущества — глубину финансового рынка, высокую ликвидность и ведущую роль в мировой торговле. Именно поэтому процесс дедолларизации, даже если он продолжится, скорее всего останется долгим и эволюционным, а не революционным.
