Россия и Мадагаскар ищут новые возможности для торговли и инвестиций

После смены власти в октябре 2025 года новое руководство Мадагаскара во главе с президентом Михаэлем Рандрианириной активизировало сотрудничество с Россией. О том, как выстраиваются экономические отношения двух стран, какие проекты могут получить продолжение и что мешает бизнесу заключать контракты, в беседе с «Аргумент Медиа» рассказал доктор экономических наук, преподаватель-исследователь Университета Вакинанкаратра в Анцирабе Андриампено Рамилиарисон.

Что политическое сближение дает экономике?

Укрепление отношений с Россией расширяет для Мадагаскара возможности привлечения инвестиций и оборудования. Среди направлений сотрудничества Рамилиарисон выделяет энергетику, сельское хозяйство, инфраструктуру, горнодобывающую промышленность, здравоохранение и профессионально-техническое образование. Но дипломатическая поддержка сама по себе не обеспечивает финансирования проектов.

«Однако необходимо различать укрепление дипломатического диалога и конкретные экономические результаты, достижение которых требует заключения соглашений, привлечения финансирования и практической реализации проектов», — отмечает эксперт.

Одним из инструментов сотрудничества служит механизм урегулирования долга Мадагаскара перед Россией в рамках соглашения 2015 года. Оно предусматривает перенаправление $88,9 млн задолженности Мадагаскара перед Россией на согласованные проекты внутри страны: вместо перечисления долговых платежей российской стороне эти средства используются для нужд малагасийской экономики. По словам Рамилиарисона, с его использованием уже были подписаны контракты на поставку специализированных автомобилей, сельскохозяйственной техники и энергетического оборудования. 

Другие направления пока прорабатываются. В феврале 2026 года стороны обсуждали механизацию сельского хозяйства, улучшение качества семян, развитие рисоводства, производства зерновых и переработки продукции. Протокол о сотрудничестве на тот момент еще готовился. Экономический эффект этих переговоров будет зависеть от того, какие договоренности получат финансирование и перейдут к исполнению.

Почему торговля остается небольшой?

Торговля между Россией и Мадагаскаром развивается прежде всего за счет сельскохозяйственной продукции. По данным Минсельхоза РФ, за январь—сентябрь 2026 года товарооборот продукции АПК вырос в 1,8 раза к аналогичному периоду прошлого года. Основу российского экспорта составляет пшеница. По оценке федерального центра «Агроэкспорт», за первые 5 месяцев Россия поставила на остров более 30 тыс. т зерна стоимостью свыше $7 млн. В 2025 году российские поставки продукции АПК на Мадагаскар практически отсутствовали.

В обратном направлении поступают какао-бобы, гвоздика, ваниль, корица и цветки коричного дерева. Объемы этих поставок за 2026 год не раскрываются и не являются доказательством стабильного рынка. 

«Главная задача заключается в переходе от разовых сделок к регулярным и диверсифицированным торговым отношениям», — считает Рамилиарисон.

Этому препятствуют расходы на морские перевозки и страхование, ограничения портовой инфраструктуры и сложности с банковскими расчетами. Санкции в отношении России могут затруднять проведение платежей, а отсутствие достаточно выгодных прямых маршрутов — снижать рентабельность поставок. Дополнительные расходы возникают при выполнении требований к качеству, санитарному контролю и таможенному оформлению. Для небольшого экспортера они могут оказаться существенными даже при наличии заинтересованного покупателя.

Чего малагасийский бизнес ждет от российских партнеров?

Интерес частного сектора связан прежде всего с конкретными потребностями предприятий. Мадагаскару необходимо развивать производство и распределение электроэнергии, механизировать сельское хозяйство, увеличивать перерабатывающие мощности, улучшать дороги и порты. В этих направлениях российские компании могут выступать поставщиками оборудования, подрядчиками или инвесторами.

При этом местные предприниматели рассчитывают не только на закупку техники, но и на расширение рынков сбыта. Для них важны возможность планировать продажи, надежные расчеты и предсказуемая стоимость доставки.

«Россия может стать для них дополнительным рынком при условии, что выход на него будет экономически целесообразным», — говорит эксперт.

Отдельное направление — туризм. По данным роуминга «МегаФона», опубликованным в августе 2026 года, число абонентов оператора, посетивших Мадагаскар в летнем сезоне, выросло в 2,6 раза год к году (показатель динамики поездок клиентов компании, а не всего российского турпотока). Улучшение инфраструктуры и организация авиасообщения могли бы увеличить поток российских путешественников, однако Рамилиарисон относит это к перспективам, а не к достигнутым результатам.

Чем может помочь торговая палата?

Российско-малагасийская торговая палата, официально открытая 27 марта 2026 года, должна помогать компаниям обеих стран находить партнеров, привлекать инвестиции и реализовывать совместные проекты. 

Роль палаты на этом этапе — помочь компаниям перейти от общего интереса к обсуждению конкретной сделки: определить покупателя и поставщика, согласовать требования к продукции и условия сотрудничества. Но создание делового объединения не означает, что эти вопросы уже решены для всех участников.

Более масштабная инициатива — совместная экономическая зона. В мае 2026 года власти Мадагаскара объявили о планируемом подписании соглашения о партнерстве, которое должно подготовить условия для ее создания и привлечения российского финансирования.

«Вместе с тем необходимо отличать эту институциональную инициативу от уже созданной и полноценно функционирующей экономической зоны», — подчеркивает Рамилиарисон.

Поэтому оценивать работу новых механизмов следует по результатам сопровождения проектов, а не по факту их учреждения. Для бизнеса существенны заключенные договоры и доступные условия работы, а для Мадагаскара — участие местных поставщиков и создание производств на своей территории.

Когда могут появиться новые топливные хранилища?

Одним из предметных направлений переговоров стала энергетическая безопасность. 7 апреля 2026 года Мадагаскар объявил чрезвычайное положение в энергетической сфере на 15 дней из-за перебоев поставок на фоне конфликта на Ближнем Востоке. Страна полностью зависит от морского импорта готовых нефтепродуктов. По данным Управления углеводородов Мадагаскара, прогноз потребления на 2025 год составлял 1,34 млн кубометров — на 5% больше, чем годом ранее. Для сравнения: емкость крупного терминала хранения в Туамасине составляет 171 тыс. кубометров. Действующие правила предусматривают минимальный запас топлива на 21 день потребления, однако власти намерены создать отдельный стратегический резерв для чрезвычайных ситуаций. В мае премьер-министр сообщил о переговорах с российской стороной по расширению мощностей хранения, но объем новых резервуаров и стоимость проекта в найденных сообщениях не раскрываются.

Однако поставки топлива и строительство хранилищ — разные задачи. Первая требует оперативных закупок, вторая — выбора площадок, исследований, разрешений и капитальных вложений.

«По состоянию на 27 октября 2026 года ход обсуждения проекта достаточно хорошо освещен, однако имеющаяся в открытом доступе информация не позволяет подтвердить начало строительных работ по возведению новых нефтяных хранилищ», — отмечает Рамилиарисон.

Его ориентировочная оценка срока строительства первых объектов или расширения существующих мощностей — 18–36 месяцев после принятия инвестиционных решений. Создание более комплексной системы стратегического хранения может потребовать от трех до пяти лет и более. 

Помимо резервуаров, необходимо финансировать системы безопасности, подключение к портовой инфраструктуре и распределение топлива. Предстоит также определить собственника и оператора объектов, порядок формирования запасов и правила их использования при дефиците. 

Откроет ли возобновление лицензирования дорогу российским добывающим компаниям?

В горнодобывающей отрасли возможности для сотрудничества связаны с графитом, никелем, кобальтом, ильменитом, золотом и драгоценными камнями. По сведениям Рамилиарисона, после объявления о снятии моратория в январе 2026 года выдача разрешений на добычу золота первоначально оставалась приостановленной. В октябре власти объявили о возобновлении приема заявок, в том числе по золоту, при соблюдении новых требований.

Но открытие процедуры лицензирования не равнозначно приходу инвесторов.

«Их приход будет зависеть от наличия достаточно рентабельных проектов, правовых гарантий, налоговых условий и возможности обеспечить финансирование операций», — поясняет эксперт.

Сотрудничество может включать не только добычу, но и геологоразведку, поставку оборудования, энергоснабжение предприятий и переработку минерального сырья. При этом, по оценке Рамилиарисона, доступная информация пока не позволяет говорить о новом крупном российском проекте, полностью обеспеченном финансированием и готовом к запуску.

Для Мадагаскара принципиальны условия допуска инвестора. Эксперт предлагает требовать подтверждения финансовых и технических возможностей, устанавливать прозрачные налоговые обязательства и предусматривать подготовку местных работников. Там, где это экономически оправданно, предпочтение следует отдавать переработке внутри страны. Отдельными обязательствами должны стать восстановление отработанных участков и согласование условий работы с местными общинами.

Что Мадагаскар может продавать России помимо специй?

Расширение сотрудничества предполагает и встречное движение товаров. По данным внешней торговли за 2024 год, приведенным экспертом, учтенный экспорт Мадагаскара в Россию составил $7,53 млн. Из них около $3,33 млн пришлось на какао и продукты его переработки, почти $2,9 млн — на фрукты и орехи, около $1,17 млн — на кофе, чай и специи. Таким образом, поставки уже не ограничиваются ванилью и гвоздикой.

В какао перспективы связаны с увеличением степени переработки: вместо одних бобов предприятия могли бы поставлять ингредиенты для пищевой промышленности и готовую продукцию. Для личи и других тропических фруктов основной вопрос — сохранение качества при хранении и перевозке. Расширение экспорта морепродуктов также зависит от холодильной логистики и выполнения санитарных требований.

Еще одна возможная ниша — эфирные масла и натуральные ингредиенты для российской парфюмерной и косметической промышленности. Здесь потребуются стандартизация, сертификация и прослеживаемость происхождения сырья. Выбор конкретной продукции должен опираться на запросы закупщиков, а не только на производственные возможности острова.

«Вместе с тем перед существенным увеличением производства необходимо подтвердить наличие реального спроса на российском рынке по каждому конкретному виду продукции», — заключает Рамилиарисон.