Кризис удобрений: как конфликт на Ближнем Востоке влияет на мировую посевную кампанию | Аргумент Медиа
Разборы
Кризис удобрений: как конфликт на Ближнем Востоке влияет на мировую посевную кампанию
Конфликт на Ближнем Востоке спровоцировал рост цен на удобрения на 30-40%. Как блокада Ормузского пролива влияет на мировую посевную кампанию, фермеров и российский АПК — анализ ситуации и прогнозы.
6 мин чтения
Глобальный шок
В марте 2026 года мировой рынок удобрений оказался под серьезным давлением на фоне эскалации конфликта вокруг Ирана и фактической блокады Ормузского пролива — ключевой артерии мировой торговли. Через него проходит не только значительная часть поставок нефти и газа, но и критически важные объемы удобрений из стран Персидского залива. Крупнейшими производителями в регионе являются Саудовская Аравия, Катар и ОАЭ, которые выпускают 50-55 млн т продукции ежегодно. По разным оценкам, на этот маршрут приходится около трети мировых морских перевозок удобрений, включая до 30% экспорта карбамида (мочевины), порядка 25% поставок фосфатных удобрений и почти 45% мирового экспорта серы — важнейшего сырья для производства фосфатов.
Обострение ситуации быстро отразилось на ценах. Всего за несколько недель ключевые виды удобрений подорожали в среднем на 30–40%: стоимость мочевины выросла с $482,5 до $720 за тонну к середине марта, аммиак — примерно на четверть, до $600 за тонну. Аналитики Fitch Ratings уже пересмотрели прогноз по рынку на 2026 год, ожидая как минимум 25-процентный рост цен. При неблагоприятном сценарии, если ограничения поставок затянутся, цены могут вырасти еще сильнее — вплоть до 90% и выше.
При этом проблема заключается не только в нарушении логистики, но и в резком росте стоимости сырья. Себестоимость азотных удобрений на 60–80% зависит от цены газа, которая на фоне кризиса достигла многолетних максимумов. Удары по энергетической инфраструктуре стран Персидского залива привели к частичной потере мощностей: например, в Катаре, одном из крупнейших мировых экспортеров СПГ, из строя выведены около 17% экспортного потенциала страны.
В результате нефтегазовая национальная компания QatarEnergy уже объявила о форс-мажоре по ряду контрактов, включая поставки в Европу и Азию, и предупредила о возможных потерях до $20 млрд годовой выручки. Все это усиливает давление на рынок удобрений и формирует условия для дальнейшего роста цен.
Мировые фермеры на грани
Последствия скачка цен и перебоев с поставками удобрений уже проявляются на уровне хозяйств — и речь идет о пересмотре самой логики посевной. В ряде стран фермеры сталкиваются с необходимостью менять структуру посевов, чтобы уложиться в бюджет.
В США аграрии массово рассматривают переход с кукурузы на сою: последняя требует значительно меньше азотных удобрений и обходится дешевле в выращивании. Отрасль предупреждает, что цены выросли настолько быстро, что многие фермеры просто не успели заранее забронировать нужные объемы. Но даже те, кто успел оплатить удобрения заранее, рискуют столкнуться с задержками поставок: по оценкам экспертов, доставка с Ближнего Востока в северные штаты может занять до двух месяцев.
Европейские фермеры также обеспокоены стабильностью поставок удобрений: на фоне сокращения экспорта из Катара и других стран Персидского залива аграрии ЕС вынуждены активнее искать альтернативы, в том числе обращаться к российской продукции, которая сама по себе остается дорогой из-за пошлин и санкций. В итоге европейские аграрии, как и американские, вынуждены пересматривать планы посевной, хотя весенняя кампания уже в разгаре.
В Южной Америке особенно уязвима Бразилия: страна покрывает импортом около 80% потребностей в удобрениях. На фоне перебоев и роста цен стоимость карбамида с доставкой в Бразилию за две недели подскочила примерно на 35%, из-за чего фермеры все чаще смотрят в сторону более дешевых заменителей, включая сульфат аммония.
Таким образом, фермеры по всему миру оказываются перед выбором: увеличивать затраты в условиях нестабильности либо экономить. При этом у режима вынужденной экономии есть негативные последствия, которые невозможно не учитывать: снижение использования удобрений, как правило, приводит к ухудшению урожайности и качества продукции. В совокупности это означает сокращение предложения на мировом рынке и усиливает давление на обеспечение глобальной продовольственной безопасности.
Россия: свои удобрения, но и свои трудности
Россия — один из мировых лидеров по производству и экспорту удобрений. По итогам 2025 года отечественные предприятия выпустили рекордные 65,4 млн т продукции, уступая только китайским производителям. Также страна обеспечивает порядка 19% мирового экспорта удобрений, а ключевыми покупателями в 2025 году стали Бразилия (11,1 млн т), Индия (5,5 млн т) и Китай (4,9 млн т), на которых пришлось около половины российских поставок. Суммарная доля США и ЕС в торговле России по итогам прошлого года составила более 20%.
Чтобы защитить внутренний рынок от колебаний мировых цен на удобрения, правительство ввело ограничения на экспорт еще в 2021 году. Тогда были установлены временные количественные квоты на вывоз удобрений, которые действуют до сих пор: до 31 мая 2026 года квота установлена на уровне 18,7 млн тонн (из них более 10,6 млн т — азотные удобрения и свыше 8 млн т — сложные). Кроме того, 24 марта 2026 года власти отдельно приостановили экспорт аммиачной селитры на месяц — до 21 апреля — оставив исключение только для межправительственных контрактов. Эта мера призвана гарантировать достаточные поставки для весенней посевной и не допустить дефицита внутри страны.
Однако на практике ситуация далека от идеальной. Фермер Никита Токмаков, автор одноименного Telegram-канала, в беседе с «Аргумент Медиа» отметил, что, по мнению многих аграриев, удобрения для них де-факто практически отсутствуют.
«Пробуешь купить, оплатить, но по тем или иным причинам больше половины заявок — отказ, отгрузки срываются, доставки переносятся. Это уже реальная проблема прямо сейчас».
Он подчеркивает, что любое послабление квот в пользу экспортеров только усугубит положение. Азотные удобрения напрямую влияют на итоговый урожая: не внес — урожая не будет.
Отдельный чувствительный вопрос — индексация внутренних цен. Предельные цены удобрений были зафиксированы в 2021 году, в июне 2022 года они были проиндексированы на 5%, в сентябре — еще на 5-10%, более индексация не проводилась. Уже несколько лет производители просят правительство разрешить повысить уровень предельных цен хотя бы на 10%, ссылаясь на рост себестоимости производства. Однако власти пока сдерживают этот процесс, чтобы не допустить резкого удорожания для аграриев. Фермер считает разговоры о том, что цены «не растут», сомнительным заявлением.
«Их зафиксировали на историческом пике, потом они немного откатились до нормальных уровней и выше этого пика не поднимались. Индексируют или нет — по факту мы видим повышение цен».
При этом удобрения занимают до 30% прямых затрат, а по отдельным культурам — еще больше. В то же время рентабельность хозяйств и так ежегодно снижается: по ряду культур она уже нулевая или отрицательная.
«Дальнейшее удорожание критически ударит по рентабельности производства, — предупреждает Токмаков. — Это может привести к банкротству хозяйств и уж точно к падению урожая. Люди начнут экономить и просто не будут вносить удобрения».
По мнению фермера, рост мировых цен на удобрения сам по себе необязательно приведет к удорожанию сельхозпродукции и конечных цен в магазинах — это напрямую зависит от того, как изменятся внутренние цены.
«Мы крупный производитель удобрений и почти не импортируем их, поэтому внутренние цены должны быть ограничены, как ограничивают цены на нашу продукцию экспортными пошлинами».
Токмаков добавляет, что выступает за свободный рынок, но раз государство уже регулирует этот сегмент, правила должны быть едиными для всей цепочки. Это значит, что ограничения должны распространяться и на средства производства, чтобы колебания внутренних цен на них не увеличивали себестоимость продукции для фермеров и конечную цену для покупателей.
Таким образом, с одной стороны, Россия как крупный экспортер удобрений выигрывает от взрывного роста цен и сохраняет сильные позиции на глобальном рынке. С другой — внутренний АПК остается уязвимым к ценовым сигналам. Если рост мировых цен начнет сильнее транслироваться во внутренние, это неизбежно скажется на себестоимости сельхозпродукции, а затем и на ценах для конечного потребителя. Именно поэтому вопрос баланса между экспортной выручкой производителей и доступностью удобрений внутри страны становится одним из ключевых для всего аграрного сектора.
