Интервью с директором Исследовательского института БРИКС

В рамках международной конференции «Актуальные проблемы глобальной экономики», приуроченной к 65-летию Экономического факультета РУДН, «Аргумент Медиа» поговорил с профессором Фулуфхело Нетсверой — деканом факультета экономики и менеджмента Дурбанского технологического университета и директором Исследовательского института БРИКС. 

— Чем, на ваш взгляд, подход России отличается от подхода Китая, США и Европы в работе с Африкой и как его воспринимают в самой ЮАР?

— Россию и Африку связывает долгая история, и у этих отношений всегда была своя специфика. У Китая тоже давние особые связи с Африкой.

Отношения между Западом — Америкой, Европой — и Африкой были колониальными, основанными на эксплуатации ресурсов, рабстве и подчинении африканских народов. Россия же в колониальную эпоху поддерживала освободительные движения. Представители многих африканских стран приезжали в Москву и Санкт-Петербург, получали здесь поддержку для борьбы против колониальных держав. Именно поэтому у России сложились очень хорошие отношения с африканскими странами и теми, кто боролся за их освобождение.

Эти связи сохраняются и сегодня, хотя сотрудничество приобрело другие формы. Например, Южная Африка как член БРИКС отстаивает экономические интересы африканских стран. Россия тоже взаимодействует с ними — напрямую через БРИКС и, возможно, косвенно, в других форматах.

Посмотрите на ситуацию в Сахеле, например в Буркина-Фасо и Мали: Россия активно участвует в происходящем там. Думаю, без ее участия западные державы уже предприняли бы новую попытку захватить эти страны. Поэтому мы придаем большое значение роли России и поддерживаем ее действия. 

— Политически Россия и ЮАР — стратегические партнеры, но объем торговли между ними остается скромным. Что мешает экономике догнать политику: логистика, платежи, давление третьих стран? В каких направлениях можно быстрее всего добиться роста?

— Существует множество факторов. Если сравнить экономические отношения ЮАР с Россией и Китаем, можно увидеть существенные различия. 

Россия и Южная Африка — ресурсные экономики. Обе страны богаты полезными ископаемыми, хотя нефти у ЮАР значительно меньше. Китай же представляет собой экономику другого типа: он не располагает таким же объемом ресурсов и нуждается в их поставках. Эта потребность способствует развитию его экономических связей и с Россией, и с Южной Африкой. Обе страны могут поставлять Китаю необходимое сырье. 

Партнерство России и ЮАР нужно строить по другой модели. Оно не может опираться только на ресурсы, которыми обе страны и так богаты. Нам необходимо искать новые направления экономического сотрудничества — например, передачу технологий или взаимодействие в сфере услуг. 

Чтобы экономические связи росли, нужно пересмотреть сам подход к ним. Если ограничиваться традиционным сотрудничеством в сырьевой сфере, существенного развития, скорее всего, не будет. 

— Какие совместные проекты могли бы развивать российские и южноафриканские университеты: исследования, образовательные программы, студенческие обмены? Что мешает расширять это сотрудничество? 

— Сотрудничество уже развивается. В России учится довольно много студентов из Южной Африки, в том числе по медицинским специальностям. Они есть и здесь, в РУДН. При этом южноафриканских студентов в России значительно больше, чем российских в ЮАР. 

Могу предположить, что одна из причин — языковые и культурные различия. Но это только мое предположение. В целом я считаю, что у сотрудничества есть возможности для дальнейшего развития. 

Обе страны заинтересованы в укреплении связей, у нас есть общие интересы. И Россия, и Южная Африка обладают обширными территориями, значительными запасами полезных ископаемых и лесными ресурсами. Совместные программы могли бы принести большую пользу. Для этого развитию университетского сотрудничества и студенческих обменов нужно уделять больше внимания.